О программе ОКП

Я уже писал на сайт «Авроры», что программа вызывает у меня впечатление чего-то «сырого», незаконченного. Сначала я хотел просто предложить какие-то изменения, которые, на мой взгляд, улучшат программу. Но, подумав, понял, что так, без объяснений, я просто рискую быть не понятым. Дело в том, что мои взгляды отличаются от мнения большинства коммунистов, с кем мне приходилось беседовать, по поводу причин поражения социализма в нашей стране и возможных мер для того, чтобы следующая попытка строительства социализма была более успешной. Поэтому я решился написать письмо, а использовать ли его в своей работе решать вам.

Программа в основном правильно оценивает сложившиеся положение в нашей стране и причины, приведшие к поражению социализма. Отбросив «заговоры», «иностранные влияния» и прочие малозначительные причины, программа совершенно справедливо говорит:
«Главный урок этих событий в том, что невозможно длительное время управлять страной без обратных связей, что оторванность власти от народа, её бесконтрольность неизбежно ведут сначала к загниванию, а затем и к поражению. На новом этапе развития социализма это не должно повториться.»
Следующий шаг – показать, как стала возможна такая ситуация в нашей стране, можно ли не допустить эту ситуацию, как надо построить органы власти, какие изменения, по сравнению с существовавшими, надо внести, чтобы такая ситуация стала невозможной. Этого шага я в программе не увидел. Более того, в программе говорится, что сталинская система власти, нёсшая в себе зачатки этой ситуации, не была создана, а выросла из объективных требований того времени. Этим утверждается неизбежность возникновения оторванности власти от народа. Я с этим не согласен! Чтобы пояснить свою позицию мне придётся коснуться теории.
Программа, ссылаясь на противоречия, существующие при социализме, вслед за Марксом, повторяет, что социализм несёт в себе «все родовые пятна капитализма». При этом почему-то выпадает тезис Маркса о том, что между капитализмом и социализмом должен быть ещё один, переходный, период. Период социалистической революции, государством которого может быть только государство диктатуры пролетариата. Об этом периоде говорил и Ленин. Зачем нужен этот период? Чтобы понять это, надо вспомнить, как происходит революции (смены общественно-экономической формации). Буржуазная революция начинается в недрах феодализма. Возникают капиталистические производственные отношения, которые развиваются и начинают играть всё более значимую роль в экономическом базисе. Это возможно благодаря тому, что и феодальные и капиталистические производственные отношения базируются на частном типе собственности на средства производства. То есть условия возникновения капиталистических производственных отношений и их развития уже существуют в недрах феодализма. Смена политической надстройки закрепляет главенство капиталистических производственных отношений и завершает буржуазную революцию. В отличие от капитализма социализм базируется на общественном типе собственности на средства производства. Что это такое? Если не погружаться вглубь теории, то частный вид собственности – это когда средствами производства могут принадлежать лишь части общества, вплоть до одного человека. Общественная собственность же означает, что всеми средствами производства владеет всё общество. Что означает совместное, всем обществом, управление этими средствами производства и распределение результатов общественного производства в соответствии с единым принципом, без всяких исключений. Это общее положение, а как конкретно должно выглядеть такое управление и распределение? Ясно, что в недрах капитализма такое управление и распределение не реализовать. Поэтому и социалистическая революция лишь начинается захватом власти (а не заканчивается, как буржуазная революция). Но и после захвата власти одномоментно, по декрету, невозможно создать такие условия, условия социализма. Ясно, что собственность на средства производства должна пройти какой-то период развития, чтобы превратиться в общественную. И начинается этот период национализацией, то есть переход средств производства под контроль государства (которое ещё будет существовать в переходный период от капитализма к социализму). Форма собственности становится государственной. Но это не значит, что её тип  тут же становится общественным. Государственная форма собственности на средства производства существует и при капитализме. Тип собственности определяется тем, кто стоит у руля государства. При капитализме чиновники, управляющие государством, — верные слуги класса капиталистов и сами, в большинстве случаев, входят в его состав. При диктатуре пролетариата у руля государства стоит пролетариат и управляет средствами производства и распределяет продукт, полученный с помощью этих средств производства. При этом, строго говоря, собственность на средства производства ещё не является общественной, поскольку собственник средств производства хотя и значительная часть, но всё ещё не всё общество. До сих пор я излагал положения хорошо известные, с которыми согласно большинство коммунистов. Но почему-то последнее положение вызывает существенное затруднение. Считают, что если есть Советская власть и государственная собственность на средства производства, то это автоматически означает общественный тип собственности. Люди, читающие лекции по диалектическому материализму, начисто забывают его при рассмотрении такого важного явления, как развитие типа собственности на средства производства при строительстве социализма. В развитии типа собственности при строительстве социализма одновременно существуют и борются две тенденции. Первая – если существует постоянная обратная связь пролетариата на власть, об отсутствии которой говорится в программе, по мере сокращения классов-не пролетариата(капиталистов, мелкой буржуазии, крестьянства), по мере перехода представителей этих классов в пролетариат, который, к тому же, по мере роста, будет терять классовые признаки, превращаясь просто в трудящееся большинство общества, будет происходить увеличение уровня обобществления средств производства, пока, при полном исчезновении классов можно будет сказать, что средства производства принадлежат всему обществу, то есть  тип собственности станет общественным без всяких приближений. Кстати, в этот же момент государство полностью утратит функцию подавления со стороны одного класса других, то есть собственно перестанет быть государством. Именно в этой точке можно будет сказать о построении социализма. Но при развитии собственности возможна и другая ситуация. Когда влияние трудящихся на власть, на выборных чиновников прерывается. Такое положение не раз складывалось и ранее, в переломные моменты истории феодальных и капиталистических обществ. В этом случае власть чиновников становилась неограниченной, они единолично управляли средствами производства и распределением продуктов общественного производства, то есть приобретали классовые черты. В условиях капитализма влияние класса капиталистов на чиновников осуществляется с помощью денег. Поэтому, при стабилизации положения, капиталисты, обладающие значительным богатством, восстанавливали своё влияние на власть. В условиях диктатуры пролетариата такого механизма нет. Поэтому при утрате влияния пролетариата на чиновников, вернуть такое влияние весьма проблематично. Чиновники становятся фактическими собственниками средств производства. Собственность на средства производства развивается в сторону частного типа. Именно по такому сценарию развивались события в СССР. И именно потому необходимо с самого начала предусмотреть механизм, обеспечивающий постоянный контроль пролетариата за властью, даже несмотря на то, что власть эта выборна, и в ней присутствуют представители самого пролетариата. Большинство коммунистов считают, что система выборов Советов в первые годы советской власти обеспечивала такой контроль. И призывают вернуться к выборам от трудовых коллективов и упрощения системы отзыва депутатов. Такая система действительно обеспечивала такой контроль, когда опиралась на творческий революционный подъём вооружённых масс. Но по мере того, как революционная активность масс и всеобщее вооружение пошли на убыль (такая ситуация не может продолжаться очень долго), как показал опыт, такой системы формирования оказалось недостаточно для обеспечения постоянного контроля пролетариата над властью. Это понимал Ленин, это понимали и многие представители партии большевиков. Об этом свидетельствует, например,  программа «рабочей оппозиции», когда её представители выступали за передачу власти рабочим, в лице профсоюзов. Об этом свидетельствуют многочисленные попытки Ленина ввести действенный рабочий контроль над властью, реорганизовав рабочую инспекцию. Попытки, которые не встретили понимания среди других представителей власти, и в первую очередь, у Сталина. И если предложения «рабочей оппозиции» не учитывали ещё один важный фактор управления, а именно необходимость для этого профессиональных знаний и опыта, то предложения Ленина были уже более реалистичными. До последних дней Ленин пытался наладить такой контроль, и включил эти предложения в свои последние статьи – «Как нам реорганизовать РАБКРИН» и «Лучше меньше, да лучше». Вопрос о постоянном контроле рабочих над властью в условиях диктатуры пролетариата, на мой взгляд, является ключевым для понимания того, что же произошло с нашей страной после 17 года, вплоть до 91-93 годов. И для понимания того, какие меры необходимо предпринять, чтобы подобное поражение социализма больше не повторилось. Меры эти лежат в сфере организации власти Советов. На мой взгляд
необходимо дополнить Советы ещё одной ветвью власти. Это будет не выборная власть. Это будет своего рода повинность всего трудоспособного трудящегося населения. Периодический призыв трудящихся во власть. Пребывание там – 1-2 месяца с сохранением средней зарплаты. Там – контроль за деятельностью выборных Советов. И одновременно- учёба науке управления.
Разделение по рейтингам (наблюдатель, право обсуждения, право решающего голоса). По мере учёбы и повышения рейтинга – движение в сторону более ответственной работы, работы в более высоких Советах. Такая система даст не только контроль над действиями чиновников, обеспечивая истинную диктатуру пролетариата в переходный период между капитализмом и социализмом, но и обеспечит диалектическое развитие власти в сторону общественного самоуправления. В той конечной точке, где одновременно, прекратит своё существование государство, собственность на средства производства станет полностью общественной, выборная власть полностью уступит место общественному самоуправлению, развившемуся из второй ветви Советов. Роль чиновников сведётся к роли технических специалистов по управлению. И именно в этой точке, повторюсь, можно будет сказать о построении социализма.
По моему, этот вопрос должен быть отражён в программе новой коммунистической партии.
Если мои мысли покажутся вам стоящими, то я могу попытаться осветить и другие моменты программы, кажущиеся мне «сырыми».

С уважением,
Александр Линкс.
e-mail: ailynx@yandex.ru


ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично Рейтинг: 4,20. Проголосовавших:5
Loading ... Loading ...